— Да, — повторил журналист, — мы обязаны дать знать этому судну, кто бы на нём ни находился, что на острове есть люди. Если мы не воспользуемся единственным представившимся нам случаем, то, возможно, горько пожалеем об этом впоследствии.
Итак, было решено, что Наб и Пенкроф отправятся в порт Воздушного шара и, как только спустится ночь, разожгут огромный костёр, пламя которого, несомненно, привлечёт внимание экипажа брига.
Но когда Наб и моряк собрались покинуть Гранитный дворец, судно вдруг изменило направление, оно пошло прямо к острову, держа курс на бухту Соединения. Видимо, бриг принадлежал к числу быстроходных, ибо расстояние между ним и берегом заметно уменьшалось.
Наб и Пенкроф задержались в Гранитном дворце, а Айртону вручили подзорную трубу с просьбой определить, наконец, «Дункан» это или нет. Ведь шотландская, яхта тоже имела оснастку брига. Следовательно, речь шла о том, чтобы установить, имеется ли труба между двух мачт судна, которое находилось теперь на расстоянии десяти миль от берега.
Вечерние сумерки ещё не окутали небосвод, что облегчало наблюдение. Айртон опустил трубу и веско повторил:
— Нет, это не «Дункан»! Да и не может это быть «Дункан»!
Теперь Пенкроф поймал судно в поле зрения подзорное трубы и сообщил товарищам, что бриг этот водоизмещением от трёхсот до четырёхсот тонн, что он прекрасно построен и оснащён, — словом, что это один из быстроходнейших кораблей, какие только бороздят моря. А вот какой национальности он принадлежит, пока сказать ещё трудно.
— Правда, на флагштоке полощется вымпел, — добавил моряк, — только я никак не могу различить цвета.
— Через полчаса, самое большее, мы всё узнаем, — заметил журналист. — Совершенно ясно, что капитан корабля намерен пристать к берегу, а значит, не сегодня завтра мы с ним познакомимся.