Вот как на «Виктории» был отпразднован перелет через экватор.
«Виктория» быстро неслась вперед. На западе виднелся низкий ровный берег, а дальше — плоскогорья Уганда и Усога. Быстрота ветра все возрастала: она достигала теперь почти тридцати миль в час.
По озеру, точно по морю, шли большие пенящиеся волны. Видно было, что оно очень глубоко. За все время перелета на нем показалось всего каких–нибудь два грубо сделанных челнока.
— Это озеро, — начал доктор, — расположено так высоко, что оно должно служить естественным водоемом для больших рек Восточной Африки. Небо возвращает ему в виде дождей то, что забирает у его истоков в виде испарений.
— Мне кажется вероятным, что Нил берет свое начало именно здесь.
— Увидим, — проговорил Кеннеди.
Около девяти часов утра приблизились к западному берегу, лесистому и, очевидно, пустынному. Ветер стал относить «Викторию» несколько к востоку, и вдали показался другой берег озера. Он изогнулся, и на 2°40' северной широты эта излучина кончалась очень открытым углом. Вдали поднимались обнаруженные Вершины высоких гор, среди которых по глубокому извилистому ущелью бурлила река.
Все время, управляя шаром, Фергюссон не отрывал глаз от местности, над которой они пролетали.
— Смотрите, друзья мои, смотрите! — вдруг закричал он. — Значит, то, что рассказывали арабы, верно! Они говорили о реке, которая вытекает из северной части озера Укереве. Теперь она перед вами! Мы летим над нею. Она несется почти с такой же быстротой, как и мы. И эта струйка воды, бегущая под нами, конечно, сольется с волнами Средиземного моря. Это Нил!
— Это Нил! — повторил за своим другом Кеннеди, заразившись его энтузиазмом.