— Наконец–то! Вода! Вода! Мы спасены, ведь как ни медленно мы подвигаемся, но все же не стоим на месте и когда–нибудь да доберемся до этих благословенных пальм!
— А пока, как вы думаете, сэр, не выпить ли нам нашей водички? — предложил Джо. — Жара ведь в самом деле невыносимая.
— Давайте выпьем, мой милый.
Никто не заставил себя просить. Была выпита целая пинта, после чего воды осталось всего–навсего три с половиной пинты.
— Ах, от нее оживаешь! — воскликнул Джо. — До чего вкусна эта вода! Никогда пиво Перкинса не доставляло мне такого удовольствия.
— Вот хорошая сторона лишений, — заметил доктор.
— Она не так уж хороша, — сказал охотник. — Я согласен никогда не испытывать наслаждения от питья воды, лишь бы только всегда иметь ее в изобилии.
В шесть часов вечера «Виктория» уже парила над пальмами. Это были два жалких, высохших дерева, какие–то призраки деревьев без листвы, скорее мертвые, чем живые. Фергюссон с ужасом взглянул на них.
Под деревьями виднелись потрескавшиеся от зноя камни колодца. Кругом не было ни малейших признаков влаги. Сердце Самуэля болезненно сжалось, и он уже собирался поделиться своими опасениями с товарищами, как послышались их восклицания.
Насколько хватал глаз, к западу тянулась длинная полоса скелетов. Отдельные кости валялись вокруг колодца. Видимо, какой–то караван заходил сюда, оставив на своем пути все эти груды костей. Должно быть, более слабые путники один за другим падали в песках, а более сильные, дойдя до этого столь желанного источника, погибали вокруг него ужасной смертью.