— Мы не брали, — растерянно заговорил Разумов. — Что вы, ребята! Мы и не знали…
— Можно подумать, что вы вообще никогда ничего не брали! — усмехнулся Репин.
И тут Разумов как-то неуверенно, неумело замахнулся и ударил Андрея по лицу. Ни я, никто не успел помешать ему — мы давно вскочили и стояли настороже, готовые разнять, развести, готовые удержать Короля, но мы меньше всего ждали, что в драку полезет Разумов.
Чьи-то руки схватили Разумова, кто-то оттащил Андрея. Все это долго рассказывать и описывать, а в действительности промелькнули какие-то доли секунды — мы не успели ни вздохнуть, ни опомниться, ни сообразить, что такое произошло сейчас у нас на глазах.
До чего же у меня чесались руки — схватить Репина за шиворот и встряхнуть хорошенько, встряхнуть так, чтобы все стало на место в этой вывихнутой, себялюбивой душе!
— Кулаком ничего не докажешь, — сказал я.
— А мы… мы не собираемся доказывать! — крикнул Король.
— И не нужно доказывать. Слушай, Репин, — продолжал я, в упор глядя на Андрея. — Ты мне говорил недавно про горн. Что я тебе сказал?
Репин сжал губы и отвернулся. Кругом было тихо, слышалось только дыхание ребят.
— Я тебе сказал, что не верю в это, — подчеркивая каждое слово, напомнил я.