— Колышкин! Теперь ты. Но чтоб след в след! Осторожно!
Под взглядами затаивших дыхание зрителей, балансируя так, словно он идет над пропастью по узкой жердочке, Колышкин шагает по разрыхленной земле, стараясь ступить точно в отпечатки королёвской ступни. Раза три он съезжает — а, казалось бы, что тут трудного?
— Давай я! Давай я! — Петька не в силах дождаться — вот он сейчас покажет, как надо, он пройдет след в след и даже не покачнется!
— Нет, — отрезает Король. — Остается отряд Колышкина. Остальные — стройся! На первый-второй рассчитайсь! Ряды вздвой! На-пра-во! В лес шагом… марш!
В лесу он располагает часть ребят цепью вдоль дороги:
— Вы охрана, понятно? Ваше дело сторожить. Смотрите в оба. Никого не пускайте в лес, понятно? А мы будем пробираться через вас. Мы должны собраться у речки, чтоб вы не заметили. Если больше половины проберется, мы выиграли. Если больше половины задержите, мы проиграли. Отходим!
Он никогда ни о чем не предупреждает заранее. Он все объясняет в последнюю минуту, очень кратко, словно рубит, и все на лету его понимают.
Он пробирается к речке невредимым; вскоре к нему подходит Жуков. Затем появляется Подсолнушкин. Через полчаса «охрана» приводит под конвоем всех остальных. Король спрашивает с презрением:
— Кто из охраны поймал Ваську?
— Я!