Как-то в перемену Лёва вошёл ко мне в класс, чем-то взволнованный.
– Марина Николаевна, – быстро сказал он, – я узнал один очень важный адрес. Я знаю, где живёт учительница, у которой в четвёртом классе училась Зоя Космодемьянская. Вы понимаете, Зое было тогда одиннадцать лет – как нашим ребятам. Надо пойти к ней, правда? Может, она согласится притти к нам. Я уверен, это будет так же хорошо и интересно, как беседа на сборе с Румянцевым. Как по-вашему?
– Пойдём вместе, – предложила я.
Лёва обрадовался: он и сам хотел просить меня об этом.
В тот же вечер мы с ним пошли к Лидии Николаевне Юрьевой.
Мы долго блуждали среди каких-то маленьких домиков, похожих друг на друга, как грибы-дождевики. Я то и дело проваливалась в сугробы и наконец, совсем отчаявшись, сказала:
– Лёва, давайте отложим поиски до воскресенья, мы тогда пойдём засветло.
Но тут он воскликнул:
– Да вот же он, дом семь!
Через две минуты мы оказались в крошечной комнатке, где едва умещались две кровати и стол, словно осевший под высокими стопками ученических тетрадей. В простенке над столом я сразу заметила портрет юноши лет семнадцати с красивым, открытым лицом.