— Для меня это не пустяки. Это настолько серьезно, что, если вы откажетесь допустить меня к вашему пред­приятию, на любую, хотя самую ничтожную должность, я должен буду начать самостоятельную деловую карьеру. Я не могу продолжать жить по-прежнему, получая от вас содер­жание, извлекаемое из «Рук», если вы не подадите мне надежду, что скоро я могу доработаться до права голоса в управлении всем делом.

— Мне думается, ты добиваешься на самом деле лишь увеличения своего содержания, — подтрунил старый Питер. — Не думай, что я слеп, я читаю в газетах изложение твоих нелепых планов… Ты становишься социалистом, и тебе не­приятно слышать упреки красных о «незаработанном до­ходе» и тому подобное…

— Нет, совсем не это. Меня мало интересует, что гово­рят люди. И затем, мне совсем не надо больше того, что я получаю от вас. Но я хочу чувствовать,— простите меня, отец, — что деньги, какие я имею, не пахнут потом, выжа­тым из служащих, и не орошены слезами из женских глаз.

Питер-старший сидел, слегка отвернувшись от письмен­ного стола, как бы желая указать Питеру-младшему, что чем скорее он оставит его заниматься своим делом, тем лучше. Но при последних словах, неожиданных, как удар, он резко повернулся на своем вращающемся кресле, чтобы посмо­треть прямо в лицо сына.

— Будь я проклят! — прогремел он. — Вот что значит сде­латься социалистом! Ты оскорбляешь своего отца, который дает тебе возможность жить в роскоши…

— Я совсем не думал оскорблять вас, отец, и мне со­всем не нужна роскошь. Я хочу работать за каждую ко­пейку, какую получаю.

— Никогда я не думал, — рассуждал вслух Питер-старший, резко изменив свой тон на жалобный, — услышать та­кой дешевый вздор от моего сына… Никогда не думал я, что кто-нибудь из моих собственных детей окажется столь сла­бохарактерным, что станет вымаливать позволения нару­шить свое торжественное обещание.

— Нарушение некоторых обещаний, которых лучше бы­ло бы не давать, доказывает силу характера, а не слабость. Я нарушил бы его, не спрашивая у вас, если бы думал, что это вам больше нравится, и если бы от этого была бы какая-нибудь польза. Но без вашего согласия я не могу получить работу в вашем предприятии.

— И ты не получишь ее, слышишь?

— В таком случае, отец, если это ваше последнее слово, — сказал Питер, вставая, — это значит для нас расхождение наших путей в деловом отношении.