Одна из них, окутанная дымом, резко снижалась, тянула на посадку. Слева и чуть позади себя Супрун заметил комэска 2, бросившегося к нему на выручку. Бой утих. Враг, потеряв четыре машины, бежал.
Все наши машины благополучно возвратились на аэродром. Супрун, приземлив самолет, соскочил с крыла и быстро осмотрел машину. В ней оказалось около сорока пробоин.
— Осмотрите внимательно самолет и доложите, — приказал он технику.
Осмотрев вместе с комэсками другие самолеты, летчики направились к себе, по дороге горячо обсуждая бой. У самого входа в палатку их нагнал техник.
— Посмотрите, товарищ командир, — обратился он к Супруну и протянул небольшую металлическую трубку.
Это была очень важная трубка, и Супрун, взяв ее в руки, почувствовал, что ему даже немножко не по себе.
Трубка соединяла штурвал управления с рулем высоты. Попавшая в нее разрывная пуля рваным зигзагом почти поперек перебила трубку. Две ее половинки едва держались на узкой, случайно уцелевшей полоске металла.
— На таком волоске висела моя жизнь! — шутя воскликнул Супрун, поднимая и показывая всем трубку.
— Да, товарищ командир, — сказал ему в тон комэск 2. — Не иначе, как в рубашке родились!
— Действительно, вам повезло, — произнес комэск 1. — Такой счастливый случай положено могарычом отметить. К тому же и бой неплохо провели, — весело заключил он.