— Большевика поймали, господин лейтенант, — доложил солдат, стоявший ближе к столу. — Летчик…
— Летчик? — удивился офицер и присмотрелся к Ярцева. — Действительно, летчик. Господин капитан, это, очевидно, тот самый…
Второй офицер, постарше, темноволосый, в очках, внимательно рассматривал Николая. Пальцы его ровно стучали по краю стола.
— Летчик? — отрывисто спросил он Ярцева на русском языке. Ярцев наклонил голову: сам, мол, видишь.
— Какой части? Где расположена?
Ярцев молчал.
— Советую говорить, — продолжал старший офицер. — Иначе заставлю другими средствами. — Холодные глаза пронзительно смотрели на Ярцева. — Сколько самолетов в твоей части?
Николай молчал, сжав за спиной связанные руки.
— Предупреждаю, что ты у меня заговоришь, — яростно процедил сквозь зубы капитан. Потом повернулся к лейтенанту, и сказал уже по-фински:
— Вам придется им заняться. Надо узнать у него все: какая часть, сколько самолетов, что слышал об их наступлении, пойдут ли они в этом направлении… Этот летчик должен многое знать… и кроме того, вы знаете, как редко к нам в руки попадают живые летчики-большевики. Понимаете, я уверен, что мы разместили мины по нашему плану правильно и в достаточном количестве… в частности, вдоль плотины… но — может, надо добавить немного на севере? Надо узнать у него все… хоть сожгите его живьем, но узнайте, слышите?