Низко висели тяжелые облака, то и дело проходили снежные заряды. Но погода нас не смущала. Машины не были загружены, следовательно, легко можно было набрать высоту, пробить облака и пойти над ними.
Последние сводки говорили, что погода на Рудольфе удовлетворительная. Крузе, который сидел на восемьдесят пятом градусе и должен был сообщать нам состояние погоды по маршруту, радировал:
«Облачность полная. Высота шестьсот метров. Видимость двадцать километров».
– Отто Юльевич, - обратился я к Шмидту, - надо торопиться с вылетом, пока не испортилась погода на Рудольфе.
– Я вас не задерживаю, - ответил Шмидт.-Если в такую погоду можно вылетать – пожалуйста, я готов.
– По машинам!-отдал я команду.
Через десять минут загрохотали все шестнадцать моторов.
Зимовщики стояли около самолетов.
Сначала простились с ними механики, затем штурманы, летчики и последним – Отто Юльевич.
– До свиданья, друзья!-по очереди обнимая зимовщиков, говорил Шмидт.-Работайте спокойно. Мы будем следить за вами и, в случае чего, в любую минуту прилетим.