В Москву мы прибыли не так скоро. Около Вологды наши корабли попали в густой туман и снегопад. Мы шли бреющим полетом. Внизу мелькали макушки деревьев, какие-то строения, железная дорога.
Иванов принял радиограмму о погоде за Вологдой:
«Туман усиливается, возможно обледенение».
Если в Арктике иногда и приходилось рисковать, то здесь мы не имели на это права.
Было решено сесть в Вологде.
Сима чувствовал себя все хуже и хуже. У него перестала действовать правая рука. Он хотел продолжать работать левой, но болезнь обострялась с каждым часом.
Убедившись в том, что погода может надолго задержать нас в Вологде, я отправил Симу в сопровождении врача в Москву.
Через два дня мы тоже были в Москве.
Я поспешил навестить Иванова.
Сейчас, когда он заболел, я особенно остро чувствовал, какие крепкие нити настоящей дружбы связывают нас. Много мы пережили вместе с Симой во время полетов на Север.