Командир клипера, конечно, согласился, но Миклуха-Маклай не мог не заметить, что его слова произвели на многих странное впечатление. Некоторые, как потом сами признавались ему, подумали, что его мозг от разных лишений и трудных условий жизни пришел в ненормальное состояние. Мысль остаться снова одному среди «дикарей» после пятнадцатимесячного пребывания здесь казалась слишком фантастической и нелепой для нормального человека.
Но путешественнику все же пришлось покинуть берег Маклая. От командира клипера он узнал, что голландское правительство с научной целью посылает военное судно вокруг всего острова Новой Гвинеи. Это обстоятельство сильно заинтересовало Миклуху-Маклая. Открывалась возможность не только познакомиться с неизвестными еще ему берегами Новой Гвинеи, но и основательно укрепить свое здоровье морской экспедицией. Последнее было особенно важно для дальнейшей жизни на берегу Маклая. Поэтому, обдумав создавшееся положение, он заявил М. Н. Курманину, что едет с ним на клипере «Изумруд».
Татуировка жителей южного побережья.
Приняв окончательное решение, Миклуха-Маклай вернулся в Гарагасси и занялся собиранием своих вещей. Слух об его отъезде с непостижимой быстротой распространился по окрестным деревням, и вечером в Гарагасси пришли с факелами туземцы из деревень Бонгу, Горенду и Гумбу, Они очень сокрушались и дружески просили молодого ученого не уезжать, предлагая ему опять сколько угодно жен и дом в каждой деревне.
Так же деликатно, как и в первый раз, Миклуха-Маклай отклонил их предложения, подтвердив, что он уезжает не навсегда и к ним еще вернется. Туземцы так привыкли верить каждому слову путешественника, что это обещание их очень утешило.
В день отплытия клипера, по распоряжению капитана Куманина, на одной из пальм в Гарагасси около дома путешественника была прибита толстая доска красного дерева с медной дощечкой, на которой было выгравировано следующее:
Переезжая на клипер, чтобы покинуть берег Новой Гвинеи, Миклуха-Маклай уговорил туземцев поехать с ним осмотреть русский корабль. Доверие к путешественнику пересилило у папуасов страх, и они отправились.
Но множество людей на палубе клипера и вид непонятных аппаратов так испугали туземцев, что они ухватились со всех сторон за Миклуху-Маклая, полагая, что только около него они будут в безопасности. Пытаясь вернуть себе свободу движения и в то же время не желая лишать папуасов сознания, что они находятся под его защитой, молодой ученый взял у одного из матросов длинную веревку, обвязал себя ею вокруг талии, а концы отдал папуасам. Так они и двигались по палубе: впереди Миклуха-Маклай, а за ним, в виде двух длинных хвостов, туземцы.