— Да не может быть! — проговорил художник. — Ведь это же дочь Авакумова!
— Ну, так что же? — вне себя почти вопил Силин. — Чья бы она ни была дочь, но это она.
У Варгина, как у художника, был слишком хорошо наметанный глаз, чтобы он мог ошибиться и не узнать сразу красивое лицо, виденное им сравнительно недавно. Он должен был согласиться с Силиным, что это была действительно она.
Девушка сидела в санках в красной бархатной шубке и из красного же шелкового капора выглядывало ее красивое, бледное личико.
XXXV
Варгин узнал и сидевшего рядом с девушкой Степана Гавриловича Трофимова.
Чистенький, истовый, очень почтенный на вид, он был с нею и добродушно, весело оглядывался по сторонам, совсем по-хорошему, как будто был вполне безупречный, достойный полного уважения человек.
— Да и Трофимов с нею! — проговорил Варгин.
— Кто с нею? Кто? — спрашивал Силин.
Хотя санки двигались медленно, но все-таки быстрее их, потому что толпа несколько раз отбрасывала их в сторону. К тому же им приходилось огибать балаганы, чтобы не терять санок из виду.