Она была дома, как всегда, и на этот раз не была занята, потому что никого из посетителей у нее не было.
Она приняла Степана Гавриловича у себя в спальне, с картами в руках, но, как только увидела Трофимова, сейчас же положила карты, встала и почтительно присела, с серьезным, деловитым лицом.
Теперь, когда они были наедине, сразу было видно, что они давно знают друг друга и что Августа Карловна относится к Степану Гавриловичу с большим уважением, граничащим почти с подчинением.
Трофимов кивнул ей головой и, как свой человек, сел к столу.
— Послушай, Розалия, — проговорил он, — мне нужна твоя служба!
— Приказывайте! — с чувством произнесла Августа Карловна, по-видимому, еще послушнее откликаясь на имя Розалии.
— Дело не особенно сложное, но для этого надобно оставить Петербург.
— Навсегда? — с некоторым испугом спросила Розалия-Августа Карловна.
— Нет, — спокойно, не замечая ее испуга, ответил Трофимов, — может быть, ненадолго.
— А моя практика? — решилась полюбопытствовать она.