– Мне, кстати, нужно сказать вам несколько слов по поводу сегодняшнего моего доклада…
– Простите, мне некогда, – начал было Лесток.
– По приказанию ее величества, – сказал Бестужев. Лесток остановился – он должен был выслушать, если дело касалось приказания императрицы. Однако он хотел выслушать стоя, но Алексей Петрович имел жестокость придвинуть ему стул.
Лесток был в таком состоянии волнения, что уже не мог долее сопротивляться. Он опустился на стул, тяжело дыша; он был весь в испарине и очень красен.
– В чем дело? – спросил он наконец.
– Ведь вы, кажется, хорошо знакомы с Шетарди?
– Да, как и со всеми, – ответил Лесток, поежившись.
– Но все-таки между вами и французским послом существует некоторая интимность?
– Никакой особенно… Я люблю приятное общество…
– Да, я знаю, – сказал Бестужев («и французские деньги!» – мелькнуло у нею). – Ну, так знаете что? – продолжал он, – намекните ему, чтобы он уехал отсюда… в отпуск домой, во Францию…