У Косого опустились руки.
Деньги! Да если уж он не мог достать их до сих пор для себя, хотя от этого зависело все счастье его жизни, то как же он достанет для Чиликина-то? Откуда? Смешно даже!..
И князю Ивану действительно стало смешно.
– Деньги? три тысячи? – повторил он. – Да откуда я достану их вам?
Лицо Чиликина расплылось в широкую самодовольную улыбку. Он знал, что если уж рассчитывает на что-нибудь, то рассчитывает наверное.
– Я так и знал-с, – прямо ответил он, осклабясь, – я так и знал-с, что у вас денег не будет.
«Чему же он рад-то так?» – невольно подумал князь Иван и, отвертываясь, спросил:
– Если знали, что у меня не будет денег, то зачем же тогда пришли спрашивать их?
– А для того, чтобы предупредить, что я взыскивать буду…
Князь ничего не ответил. Он задумался о том, что на него надвинулась новая беда, о которой он не хотел было вспоминать. Но она пришла насильно, в образе этого Чиликина, и снова стала поперек дороги ему. С этим долгом ему никогда не распутаться.