– Пойдемте, я хочу поговорить с вами.
После этого он провел графа в свой кабинет, где Литта бывал уже у него, и показал ему на стул у маленького столика, стоявшего у окна, а сам сел на кресло по другую сторону столика и спросил, приступая прямо к делу:
– Какие причины? Литта взглянул на него. Цесаревич, казалось, понял этот взгляд.
– Я не сомневался в вас: мальтийский рыцарь не может поступить иначе. Но вы говорите, что хотели бы совсем уехать из России.
Граф наклонил голову в знак подтверждения.
– Может быть, этого и не нужно, это уже крайность… Мне необходимы во флоте такие люди, как вы, и, кроме того, я желал бы видеть при себе мальтийского рыцаря.
– Но, ваше высочество… – начал было Литта.
– Я желал бы видеть вас при себе, – повторил Павел Петрович. – Хотите переехать в Гатчину, ко мне? Этим все будет кончено.
– Если бы это было так, ваше высочество! – произнес Литта.
Павел Петрович повернулся на месте, и плечо его опять дернулось.