Один долг – старику Шульцу, который поверил ему свой крест без всякой расписки, – особенно беспокоил графа. В счет этого долга была уплачена только часть, остальное нужно было уплатить.
«Да, уплатить или вернуть крест», – решил Литта и, обрадовавшись, что он может разделаться еще с этим долгом, велел ехать в Морскую, к лавке бриллиантщика.
Старик Шульц встретил его очень приветливо. Небольшая, низкая, но чистенькая и опрятная лавка была очень уютна и походила скорее на обыкновенную комнату с зеркалом, простым круглым столом и креслом с высокою спинкою у окна. Только небольшая витрина с ювелирными вещами в углу говорила о профессии жившего тут хозяина. Шульц встал со своего кресла навстречу Литте, улыбнувшись ему, как желанному гостю.
– Не думайте, что я приехал к вам с деньгами, – произнес граф. – Напротив, я приехал сообщить вам, что их у меня не только нет, но и не будет.
– И не будет? – переспросил Шульц.
– Да. Я только что получил известие, что лишен всех своих земель и всего состояния. Мои командорства конфискованы правительством Французской республики…
Шульц покачал головою.
– И вот я приехал к вам, чтобы покончить со своим долгом, – продолжал Литта. – Вот видите ли, там мною заплачена уж тысяча рублей, а теперь все, что я могу сделать, – это вернуть вам цепь с крестом, предложив эту тысячу рублей вам в виде платы за то, что я пользовался вашею вещью. Это единственный для меня выход.
– Так… так! – забормотал Шульц. – Мне очень жаль вас… Только зачем же тысячу?.. Зачем вы будете платить мне? Ведь вещь осталась у вас совсем целою, она не испорчена.
– Я думаю, что нет, – сказал Литта, снимая с себя мальтийский крест и передавая его Шульцу.