— Нет, карманные, золотые…
— У моего камердинера будут такие часы, — глух произнес Виталий, но сейчас же добавил: — А где же они?
— Дома. Схожу, принесу, — ответил Орест.
— Как же ты говоришь «дома»! — воскликнул титулярный советник. — Твой дом тут, Орест… Ты, может, хочешь рюмку водочки, опохмелиться?
И, не зная, чем еще ублажить Ореста, он отпер буфет, достал заветный графинчик и подал его и рюмку.
Для Ореста не существовало ничего священного. Он, вместо того, чтобы налить водку в рюмку, стал бесцеремонно, к ужасу титулярного советника, пить прямо из горлышка графинчика.
— Погоди, ты не все! — не утерпел Беспалов.
— Не бойтесь, оставлю, — успокоил его Орест, ставя графинчик на стол. — Вы знаете судьбу Наполеона Бонапарта? — торжественно спросил он у титулярного советика.
Тот присел только, распустив полы.
— Наполеон у меня камердинером! — сказал Виталий.