— Вот как! — удивился Орест. — Ну, так видите ли, этот Наполеон из простого корсиканца стал императором и еще может возвыситься даже до камердинера великолепного Виталия! Я на такое возвышение, конечно, не рассчитываю, но все-таки не желаю прозябать у вас за шкафом…
— Я тебе комнатку отведу, что мы сдаем, в ней же никто не живет, — предложил Беспалов.
— А харчи?
— Харчи у нас хорошие. Намедни я соорудил рассольню…
— Я говорю, милостивец, насчет вина и елея, — пояснил Орест. — Теперь мне полное раздолье…
— Неужели ты нас променяешь на вино?
— Поменял же Наполеон родительский дом на пушечный дым и гром барабанов. Эти смертоносные орудия, на мой взгляд, гораздо отвратительнее невинного вина. Замечаете вы прелесть каламбура в словах «невинное вино»? Будь я дюк Ришелье или что-нибудь в этом же роде, и, наверное, этот каламбур повторился бы в истории!
— Ты уходишь, Орест? — спросил Беспалов-младший.
— Ухожу, Виталий.
— Опять надолго?