— Ну, да, Петька Голицын, Петра Алексеевич, Похвистнев, Вырубов… Кто еще?
Орлов стал припоминать. Артемий, облокотясь на руку, с пером в руках, задумался.
— Кажется, все, — проговорил Орлов. — Пиши теперь конную гвардию… Что ж ты заснул? — спросил вдруг он, видя, что Артемий не двигается.
— Нет, знаешь, — ответил тот, — этот арап у меня из головы не выходит.
— Какой арап?
— Разве ты не слышал? Сегодня Несвицкий рассказывал…
— Ах, вот Несвицкого забыли! Запиши его!.. Да, так что ж он рассказывал?
- У Петра арап есть, Нарцис…
— Знаю, — процедил сквозь зубы Орлов.
— Ну, я этот Нарцис напился пьян и подрался с палачом на улице. Так это, видишь ли, сочли бесчестьем для пьяного арапа и захотели реабилитировать его… В сени принесли знамена и покрыли ими арапа… Понимаешь? Полковые знамена! Ведь это — ужас!..