Артемий, счастливый этой преданностью любви, рассмеялся тихим смехом, а затем сказал:
— Да разве это возможно? Ведь, что бы ты ни делала, ты все-таки останешься красавицей… Милая моя, милая!..
И Карл, стиснув от бешенства зубы, снова увидел, как Артемий взял Ольгу за талью, а она прижалась к нему, видимо желая, если не словами, то лаской рассеять его беспокойство.
— И потом я не знаю, — начал снова Артемий, — но иногда приходит в голову, что вдруг…
Тут он запнулся.
— Что "вдруг"? — переспросила Ольга.
— Ты разлюбишь меня…
— И тебе это не стыдно думать?., не стыдно тебе, а? — воскликнула Ольга.
В ее голосе слышалась шутка, но Артемий делался все серьезнее.
— Право, я иногда сравниваю себя с ним и чувствую, что он лучше меня, — произнес он.