— На Гороховой.
— Ну, вот видите… Значит, до вас еще добираться надо!.. А главное, из этого трактира я пьяный ощупью домой дорогу нахожу, а от вас куда я уйду?..
— А у меня вы можете остаться и заночевать! А коньяк такой, что, право, ради него стоит отправиться на Гороховую…
— Я всегда говорю, — вздохнул Орест, — что лаской со мной что угодно можно сделать! Одним словом, уговорили!.. Платите за истребованные нами запасы и — пойдемте!
От Моховой на Гороховую был изрядный конец, но Борянский не взял извозчика, а пошел с Орестом пешком, не желая, чтобы кто-нибудь из знакомых встретил его едущим вместе с таким субъектом, как Орест. Идя же с ним вместе, он имел возможность при встрече с кем-нибудь из знакомых приотстать и сделать вид, будто гуляет совсем один.
С Моховой от церкви Симеона и Анны они свернули на Фонтанку.
Орест шел, насвистывая, мелкими шажками, но так быстро, что Борянский едва поспевал за ним, несмотря на размах своей геркулесовской походки.
— Куда это вы торопитесь так? — спросил он у Ореста.
Тот покрутил головой и, остановившись, сказал ему:
— Как это куда!.. К коньяку… И даже к вашему коньяку!..