Двадцать шестой год. Первые дни января. Со всех сторон люди считают нужным рассказать мне, что знают, что слышали о последних неделях и днях Есенина... И здесь, в Москве, и в Ленинграде, когда вернусь...41
Я у Анны Марковны. Она отличная портниха и близкая подруга Анны Ивановны Сахаровой. Крупная, броско красивая зрелая женщина с восточными огненными глазами и мощной грудью. Ее молодой муж, записной белорозовый красавчик Коля (полного имени его я никогда не знала, для всех вокруг он просто Коля), напустив на себя многозначительный вид, рассказывает мне:
-- Очень Сергей расстроился, когда Анна Ивановна отказалась дать ему ваш адрес. Он потом пил со мной весь день, вместе и заночевали. Все повторял:
-- Как же я низко пал, если Надя Вольпин... Надя... она любила меня больше всех... И Надя спустила меня с лестницы!
Не "должна спустить", а "спустила"! Это больше всего поразило меня (и это кое-что сказало бы психиатру). Отметив про себя в рассказе Коли это слишком торжественное "низко пал", я переспросила:
-- "Спустила"? Он так и сказал?
-- Да, именно так. Но я-то понимал, что не ходил он к вам, ведь и адреса не знал.
И Коля с похвальбой в голосе добавил:
-- Ну, я как мог, утешил его. Дело, говорю, поправимое. Вы к ней не пустой придите, с хорошим подарком, купите что-нибудь эдакое... подороже... уж как положено! А он все повторяет свое: "Как я низко пал!"... Так всю ночь и проплакал.
Больно было слушать. Коля с его "мудрым" житейским советом... Вот какими людьми был окружен в последние свои недели Сергей Есенин -- верней, окружал себя...