– Точно такую, как эта.
– А Костюково мое возьмете себе?
– Какой вздор!
– Как вздор? да чем же я заплачу?
– Я подожду, сколько хотите, – сказала графиня смеясь.
– Нет, уж извините, таких дел отродясь не делал, да и умру, надеюсь, не сделаю.
– Вы поступаете со мною не так, как добрый сосед, и не дружески, Петр Авдеевич.
– А вы, ваше сиятельство, и сам не знаю за что, обижаете меня.
– Чем это?
– Об этом после, ваше сиятельство, – сказал затронутый за живое штаб-ротмистр.