- Что же они не возвращаются? Вот будет номер, если он остался у ней!
- Черт знает что! Мне, Димка, надоело ждать.
- Алик, смотри, это они.
Тот, кого звали Димой, был никто иной, как корнет Крыштофович, другой, называвшийся Аликом — был юнкер Вонсяцкий, автор этих воспоминаний… И ждали они, как читатели могут понять, прочитав предыдущие строки, некоего Хесмана (Заленского), который около получаса тому назад прошёл по бульвару с дамой. За ним следили. Он сидел с дамой у Раввэ, затем вышел с ней (очевидно, с намерением ее проводить домой). Решено было, как только он с ней расстанется, тот час же его арестовать. Двое из нас остались в начале бульвара на скамейке. Тут же недалеко стояло заранее нанятых два извозчика… Каково же было наше удивление, когда мы увидели эту парочку, возвращающуюся обратно. Очевидно, решили прогуляться… В нескольких шагах за ними шли трое в плащах, — Мейер, Накашидзе, Каракановский. Вот они поравнялись с нами: Каракан садится с нами.
- Нужно действовать сейчас. По всей вероятности, они пройдутся ещё раз, он пойдёт её провожать и, кто знает, может быть, останется у неё ночевать, — вполголоса говорил Каракан. Сейчас, когда они повернут, вы подходите. Действуйте решительно, чтобы никаких криков, скандалов!
- Но как же? Вместе с бабой? — недоумевает Крыштофович.
- Ни черта, её тоже за компанию!
Дальнейшие переговоры были прерваны приближением выслеживаемой парочки…
- Ну, Димка, не робей, с её стороны, а я слева. Ходу!
Мы вскочили и широкими, но медленными шагами направились навстречу им. Вот они на расстоянии нескольких шагов; я вижу его неспокойное лицо, как будто предчувствующее, что что-то должно произойти… Мы расходимся, пропускаем их между собой, затем резкий поворот — и… Хесман чувствует, что кто- то хватает его за левую руку… Невольный поворот головы, и висок его ударяется о холодное дуло "нагана". Он невольно поворачивает голову вправо, в сторону своей дамы и видит направленный на него "кольт"…