Тут дядя Михась подумал и добавил:
— …о текущем моменте нашей действительности и жизни.
Доклад был обстоятельным, но ещё больше времени заняли ответы на вопросы, которых было множество.
Когда Позднышев, Луговой и дядя Михась вышли после собрания в черную звёздную ночь, они услышали то осекающийся, то вновь возникающий рокот мотора.
Что это у вас за мотор? — спросил Луговой. — Вроде хочет работать, да не может.
Дядя Михась вытянул шею, повернулся боком и вслушался.
— Это наше «длинное зажиганье», иначе сказать — Зина Барабанова и ваш шофёр над движком колдуют. Девка на все проценты, лучше нельзя придумать, а с движком никак не управится.
Наутро гости пошли пройтись по деревне, наведались в новые дома, откуда ещё не выветрился запах смолы и стружки.
— На той неделе последнюю землянку порушили, — сообщил не без гордости дядя Михась.
— И зря, — сказал Луговой. — Одну землянку нужно было сохранить. Обнести заборчиком и сохранить. Для потомства.