— Это что ж, ничего… приятно. Как раз к празднику, — миролюбиво сказал Щекотов, щурясь от яркого света.
— А ты как думал? Уж если что мы задумали, так завершим, как зубилом отрубим! — хорохорился Сидоров.
Кузьма улыбнулся и подошел к Косте:
— Ну, что?
Костя отвел его в пустой класс.
— Я вам все скажу, — зашептал он, — только не гоните отца из колхоза. Нет ему больше жизни, как здесь. Пропадет он. — И рассказал все, как было.
— Ладно, Костя, — задумчиво смотря на его запавшие глаза, на шелушащийся от мороза нос, тихо ответил Кузьма, — попробую отстоять его перед колхозниками.
19
Заснеженные сосны стремительно бежали навстречу. Кусты в ужасе отскакивали от дороги — ж-ж-ух! — и уже оставались позади. Машина мчалась. Сдержал свое слово Сокол, прислал механика, прислал полуторку. Полный кузов набилось людей. Весело было ехать в этом напоенном морозным воздухом занимающемся дне, петлять по лесной дороге, неожиданно выскакивать на поля, обрамленные далеким лесом, видеть голубое праздничное небо, золотые пятна на стволах заиндевелых сосен.
Эх, и молодец же шофер, что так лихо ведет машину! Дыши во всю грудь, вбирай в себя этот чистый, морозный воздух, смотри широко раскрытыми глазами на все, что тебя окружает. Смейся, кричи напропалую и мчись, мчись навстречу ветру!