Мария не ответила.
— Тогда всё! — Он закрыл заседание.
Николай Субботкин кинулся к реке. Послышался визг, хохот.
— Уходи, уходи, тебе говорят! — кричала Настя.
Никандр засмеялся и, сбросив на ходу рубаху, побежал вслед за Николаем. Остались Кузьма и Мария. Удобная минута, чтобы разойтись, была упущена. Наступило неловкое молчание. Ветер лениво донес слабый запах молочая, покачал ольховые кусты и затих, не добежав до реки.
Мария медленно, не глядя на него, поднялась с земли. А он смотрел на нее, забыв обо всем, кроме своей любви к ней, ему хотелось взять Марию за руку, заглянуть в глаза и сказать… сказать… пусть она никогда его не полюбит, пусть никогда не повторится тот счастливый час на белой дороге, когда он единственный раз поцеловал ее, пусть никогда не сбудутся его мечты, и он не увидит ее рядом с собой, — пусть! — но не надо, чтобы она была такой чужой, чтобы избегала его, смотрела в сторону… Она взглянула на него.
— Что с вами, Мария Поликарповна? — встревоженно спросил Кузьма, заметив на ее глазах слезы.
Из кустов, звонко хохоча, выбежала Груня в белом с розовыми цветами платье. За ней гнался мокрый, в рубахе навыпуск и в трусах, Николай Субботкин.
Мария, не ответив, быстро ушла.