— Чего смотришь? — донесся голос Клинова.
— Да так, — не сразу ответил Степан Парамонович, — на машину гляжу.
— И то дело, — заглядывая в окно, сказал Павел. — Эка несуразная, и верх-то тряпичный, — произнес он презрительно, вспоминая человека в кожаной тужурке.
— Зато выносливая.
— Кто говорит, — согласился Клинов, и тут у него мелькнула мысль: «А что, если стравить двух кандидатов на председательское место?» Он вспомнил цыплят, растягивавших червя, и посмотрел, щурясь, на Щекотова. — Это конечно. А я вот про что. Я гляжу, кто как свою жизнь устраивает. Вот, скажем, ты стоишь, на машину смотришь, применительно к будущему колхозу прикидываешь, а другой через рыбу в председатели метит.
— Это кто же? — Степан Парамонович пошевелил бородой и остро взглянул на Павла. От Клинова не ускользнуло, как у Степана Парамоновича дрогнули бледные губы, и, радуясь замешательству Щекотова, он нарочно помедлил с ответом.
— Представитель из райцентра очень им интересуется. Судя по всему, Хромов будет у нас председателем.
— Какой представитель? — не понимая, спросил Степан Парамонович.
— А эвон, в кожаной куртке.
Щекотов улыбнулся.