На словах «совершенно» он делал ударение, а «саквояж» произносил вкусно и сочно и почему-то с явным удовольствием. В драном моем чемодане жандармы нашли смену белья, несколько сборников «Знания» и том Г. В. Плеханова.
Способ допроса, к которому прибегал Балабанов, я уже изучил: «Сначала усыпить внимание преступника, затем застать его врасплох». Он «усыплял» меня. Я отвечал:
— Вы знаете, господин ротмистр, что иного имущества, помимо обнаруженного при обыске, у меня нет.
— В самом деле, — соглашался Балабанов.
Следовало ещё несколько «усыпляющих» вопросов.
— А скажите, — поднимая глаза и стараясь пристально взглянуть на меня, продолжал допрос Балабанов, — вы не были знакомы с «товарищем» Петром?
Он «заставал меня врасплох». Я знал Петра, он был арестован в Москве.
— Никакого Петра я не знаю.
— Больше вы ничего не находите нужным прибавить к показаниям?
— Больше я ничего не нахожу нужным прибавить к показаниям.