— 3 апреля мы с Лилой тихо шли по Царскосельскому проспекту, встречая грудь грудью двигающиеся толпы, войска и народ, покидавшие Семеновский плац, совершив свое кровавое дело. Солдаты возвращались с ухарскими песнями и бравурной музыкой, точно с парада… Стало все ясно… Закрыв лицо руками, Лилочка оказала голосом жгучей скорби:
— Я хотела больше всего умереть вместе с ними, вон там… — указала она движением головы на Семеновский плац.
"Бывают времена постыдного разврата…
Ликуют образа лишенные людского,
клеймемные рабы"…
Имя Желябова старались предать забвению. В. Н. Фигнер сообщает: — Мною слышано от покойного московского раввина Мазе: в апреле 1881 г. директор Керченской гимназии, в которой в то время учился Мазе, приказал в необычайный день и час собраться всем ученикам и учительскому персоналу в гимназический зал. Все недоумевали, по какому это случаю, и строили разные предположения. Гимназисты стояли группой у большой доски в глубине зала. Появляется директор и при всеобщем молчании, повышенным тоном произносит речь: — 1 марта в Петербурге злоумышленниками совершено неслыханное злодеяние, жертвой которого пал государь-император Александр II. К позору нашей гимназии, среди виновников оказался один из ее воспитанников — Андрей Желябов. Он получил заслуженную кару и всенародно казнен позорной казнью через повешение. Да будет же имя запятнавшего нашу гимназию навсегда предано забвению… Делает жест; один из учителей стирает фамилию Желябова с золотой доски гимназии. Гимназисты расходятся в молчании; некоторые взволнованы и не могут скрыть расстроенных лиц… (В. Фигнер. Том V).
Андрей Брейтфус свой рассказ заключает:
— Через несколько лет мне пришлось быть на Преображенском кладбище вместе с товарищами по кружку. Мы задумали разыскать братскую могилу перво-мартовцев. Встретили старика-могильщика, за "на чаек" он свел нас в конце кладбища к забору, где была свалка всякого мусора и старых высохших венков с могил и, указывая пальцем, сказал: "вот там мы зарыли их сердечных, я им яму копал".
Никакого бугорка над могилою заметно не было.
На поле мы сплели из полевых цветов большой венок и повесили его над могилою на заборе…