— Давай, я за тебя расплачусь, родненькая. Где деньги-то? Ишь ты, чуть ведь стоишь… Давай…
Поселянка покорно, как бы машинально, исполнила требуемое.
— Пять да пять — десять! — начала считать мать Иосафата:- да семь, да три, да еще три, да две, да еще семь — сорок шесть. Вот вам сдача!
И она на оконечностях перстов представила покупающей сдачные монеты.
— Бери, бери, родненькая, не разроняй! — заботливо заметила мать Мелания. — Ишь, руки-то у тебя совсем высохли. Погодите-ка! Тебе, мое сердце, каких надо средств-то? Ведь свяченых? Или ты сама освятить попросишь?
— Свяченых, — отвечала поселянка.
— Ну, так за свяченые еще надо тебе три копеечки эти набавить.
— Да, да! — подтвердила мать Мелания. — Да! Зато ведь уж свяченые! Уж, значит, так подействуют… Как, рукой снимет!
— Что ж, вы дадите другие? — спросила недоумевающая поселянка.
— Какие другие?