— Теперь я всегда буду сюда за ягодами ходить!
— Ты думаешь, эти ягоды век будут? — сказала мне Настя. — Они через неделю пройдут.
— Эта пройдут, другие поспеют, — заметил Софроний.
— И другие скоро пройдут, — ответила ему Настя. — Наступит зима, так все прощай!
— И зимой люди живут, — ответил Софроний.
Настя ничего на это не возразила, умолкла и призадумалась.
А меня охватила печаль, и я с тоской говорил себе: "Да, брат Тимош, недолго мы поликуем! Придет зима, и прощай все! Это Настя правду сказала! Опять сиди, томись у окна да гляди, как скачут воробьи! Если даже справят тебе одежину и можно тебе будет показать нос на мороз, то все-таки это не такая утеха, как теперь. Уж тогда не ходить тебе с Настею, не встречать тебе Софрония на прогулках!"
— Пора домой, — сказала Настя.
Все мы поднялись и несколько секунд постояли безмолвно и неподвижно.
— Пора домой, — повторила Настя.