Глава одиннадцатая
ПЕРЕД ВЫХОДОМ В ЛАГЕРЬ
Я рассказал друзьям, как летел в Севастополь и каким видел море сверху, как выглядит город и где живут люди. Вова Бунчиков допытывался, видел ли я его дом. Он очень огорчился, узнав, что на улице, где он жил когда-то, ничего не осталось, кроме развалин, и принялся расспрашивать, пришли ли с эскадрой «щуки».
— И «щуки» шли и «малютки», — отвечал я, потому что знал, что одни подводные лодки называются «щуками», а другие — «малютками».
— Папа тоже служил на «щуке», — сказал Вова грустно.
Забегалов все добивался, видел ли я «Серьезный». Авдеенко, широко раскрыв глаза, слушал.
Меня заставили прочесть вслух все, что написано в газете об отце, Русьеве и Гурамишвили.
— А теперь они пошли на Констанцу.
— Счастливцы! — позавидовал Фрол. — А золотые звездочки они получили?
— Нет, они их получат в Москве, в Кремле, как вернутся.