Вскоре выяснилось, откуда Протасов получал треугольнички.
Я был помощником дежурного по училищу, и вахтенный вызвал меня звонком вниз. Спустившись по парадному трапу, я увидел маленькую девушку в синем костюме, на лацкане которого поблескивал орден Ленина. Из-под шапки темно-русых волос на меня смотрели озорные серые глаза. Девушка улыбнулась, по-видимому, удивившись, что дежурный — и вдруг не взрослый.
— Товарищ дежурный, — спросила она, — могу я видеть старшину Павла Протасова?
— Сейчас доложу. Как сказать?
— Скажите: приехала Зина Миронова.
— Зина Миронова? — воскликнул я и, наверное, так уставился на нее, что она спросила, правда ни чуточки не смутившись:
— А вы разве обо мне что-нибудь слышали?
— Ну еще бы! Нам старшина рассказывал. Так вот она какая, Зина Миронова!
Я думал, это девушка в огромнейших сапогах, в пятнистых штанах из маскировочной ткани, в ватной телогрейке и в ушанке с собачьим мехом. И уж обязательно с автоматом!
— Товарищ старшина, — доложил я, найдя Протасова в кубрике, где он повторял урок с Бунчиковым, — вас внизу спрашивают.