Это была всем знакомая песня, и все новые и новые голоса вступали в хор; новички песней пытались побороть качку.
— Ох! — все же тяжело вздохнул кто-то.
— Да, покачивает; неприятная штука. Вот если кто желает, могу предложить, — Глухов достал из кармана коробочку с таблетками, — но от них пользы мало. Главное — приучить организм сопротивляться, бодриться. Лучше на ветерок выйти. «Нелюдимо наше море» кто знает?
— Я, — отозвался Ростислав.
— Вот и отлично, Крамской. Споем?
И, хотя они раньше не репетировали, дуэт получился довольно стройный.
Лицо Глухова, не очень-то красивое, с угловатыми бровями, вдруг стало удивительно привлекательным. Он весь отдавался песне, и я представил себе, как он пел там, среди матросов, на крымской земле.
Облака бегут над морем,
Крепнет ветер, зыбь черней…
Ростислав выводил звучным тенором: