Простой народ, став тесным кругом у водокачки, с почтением и страхом глядел на старика.
– Я знаю его, – сказал торговец коврами. – Это святой человек. Он прошел на коленях весь путь от Бенареса до великих гробниц Агры. Все часы дня от восхода солнца и до захода он проводит в молитве, а по ночам спит на голой земле.
– Не на земле! Он спит на острых гвоздях, вбитых в доски!..
– Истинно святой!.. Факир из факиров!
Кончив молиться, незнакомый старик начал вещать Народу:
– Темный век настает! Брамины бросают Веды и совершают запретные дела. Рабам они объясняют закон, рабам служат, едят еду рабов. Презренные сипаи, рабы, набравшись гордости, уже занимают места дважды рожденных… Горе нам, горе, железный век настает: парии, чандалы, чамары будут властвовать над землей!..
Старик катался по земле, бил себя в грудь, тряс головой, хрипел. Шапка из грязных омертвевших волос послушно следовала каждому движению его головы.
Купцы одобрительно кивали головами. Какой-то человек в парчовой расшитой безрукавке, в зеленой шелковой чалме, завязанной хитрым узлом над самым лбом, как завязывают ученые, подойдя ближе, внимательно слушал факира. Это был Ассан-Улла, лекарь из шахского дворца.
– Горе нам, смешение каст настает, темный век, рабы, шудры властвуют над избранными! – вопил старик.
– Факир мудр! – сказал Ассан-Улла. – Он вещает правду.