Казаков приоткрыл дверь, чтобы послать за врачом, и яростные вопли хлынули в комнату.
— Человека-Ракету! — кричала толпа. — Человека-Ракету!
— Товарищ Надеждин болен! Прошу разойтись! — крикнул Коля, но его голос утонул в море приветствий.
Но вот в дверную щель протиснулась Валя. Вид у нее был необыкновенный — волосы растрепаны, один рукав оторван. Игорь через силу ульбнулся ей навстречу:
— Я выполнил твою последнюю просьбу, Валечка.
Валя не расслышала. Она вздернула оторванный рукав и сказала сердито:
— Беснуются! Поклонники твои! Я говорю — жена, а мне кричат: «Знаем мы этих жен!»
Игорю хотелось спросить, всерьез ли Валя назвала себя его женой или только чтобы пройти к нему, но девушка не расположена была разговаривать.
— Поехали! — сказала она. — Коля, помоги пройти.
Казаков снова попробовал открыть дверь. Впустив на секунду восторженный рев, он тотчас захлопнул ее, прищемив просунутый в щель букет.