Видимо, его что-то беспокоило, но он шел твердо и прямо на нас. Внезапно светлая и ласковая улыбка сверкнула на его строгом и умном лице. Он пошел скорее и, не доходя шагов пяти, сказал по-русски:
— Здравствуйте, дорогие земляки!
Это было опять странно, так как я не ожидал услышать русскую речь, учитывая очень своеобразный покрой его костюма и матерьял, из которого он был сделан. Я поклонился ему.
— Вы политический ссыльный? — спросил он участливо, обращаясь ко мне.
Я был удивлен этим неожиданным вопросом и ответил:
— Вы, гражданин, ошибаетесь. Я не спекулянт и не контр-революционер, чтобы меня ссылали…
Но в этот момент произошло еще более странное и неожиданное. Старик слегка побледнел и глухо, словно раздумывая вслух, произнес:
— Гражданин?.. Контр-революционер?.. Я недоумевал.
— Так кто же вы? — взяв себя в руки, снова спросил он ласково.
— Гражданин Союза Социалистических Советских Республик.