Это вызвало всеобщий хохот, но танец не прерывался. Никто не заметил, как к ним подбежала Лия. Она еще издали кричала им, но они ничего не слыхали, увлеченные своей забавой. Увидав их проделки, Лия расхохоталась и не могла сразу выговорить ни слова, но потом стала кричать сквозь смех:
— Стойте! Слушайте же! Плоты!..
Последнее слово, как только долетело до ушей Грибова и Успенского, остановило их, как коней, на полном скаку.
— Плоты? — закричали оба, — что плоты?
— Видно, — задыхаясь от бега и смеха, говорила Лия, — Семен Степаныч заметил… Наши плоты…
Все устремились назад, к своему становищу. Там была полная суматоха.
— Орлов едет! Орлов едет! — кричала им издали Варвара Михайловна.
Но Грибов и Успенский сами уже видели, что на фиолетовых водах Енисея плывут два грузных темных плота с юртой, и что по реке мчится одна из их маленьких лодок, в которой сидят Рукавицын и жена Успенского.
Анна Ивановна правила рулем, а Семен Степаныч держал канат, развертывая его с ворота, стоявшего у самого устья Гольчихи.
— К вороту! — крикнул Грибов.