Герден откланялся, избегая смотреть в лицо своему господину, и полетел навстречу туркам. Подле короля остался де Бар, тяжело дыша.
— Но вернется ли он, государь? — спросил французский рыцарь.
— Он не из таких, — возразил Ричард. — Ему стыдно самого себя. Он — честный человек, а я его обидел. Но выслушай, де Бар: если б я не обидел его, мне пришлось бы нанести оскорбление самой святой, самой невинной душе на свете. Ну и пускай! Мы еще столкнемся с Герденом, он может еще добраться до меня, если не устанет гоняться.
До сих пор он говорил как бы про себя, но теперь его соколиный взор был устремлен на де Бара.
— Ну, скажи же мне, — спросил он. — Кто дал приказ заднему отряду ударить по врагу вопреки моим приказаниям?
— Государь! Это — герцог Бургундский.
— Ты не понял меня, — продолжал Ричард. — Приказ-то вышел из горла Бургундца, но кто его вбил в эту тупую голову?
Де Бар смутился.
— О, государь! Увольте меня от ответа. Король Ричард посмотрел на него и сказал:
— Довольно, де Бар! Теперь я знаю, кто это такой. Что ж! Благодаря ему, я проиграл свою игру, но зато сомневаюсь, чтобы он выиграл свою.