Шестая проверка. Коверкая фамилии, полицейский, присланный из Касадошимо, пересчитывает нас и, доставив на катер, что-то втолковывает переводчику.
Тот обращается к первому штурману, встретившему экипаж на вокзале:
— Гаспадин агент политицеской полиции зелает знать, поцему так мало приехало моряков из бивсих на «Литке» в нацале ремонта?
Старпом ухмыляется:
— Передайте господину агенту политической полиции, что он очень много желает знать.
Кривой, как японская сабля, мыс, скрывший вход в бухту Касадошимо, отступает в сторону, открывал миниатюрный рейд и сверкающий белизной надстроек «Литке».
— Наконец дома, — облегченно вздыхает Маслыко, прыгая на кормовую палубу. — До чего ж надоели фараоны!
Мы на борту краснознаменного ледореза.
Рейдовая стоянка
Луч прожектора сверкающим клинком режет липкую мглу, обнажая крутые берега, поросшие сосной и туей, уродливые впадины пустых доков. Стиснутый горами, рейд кажется огромной ямой, над которой протянута выцветшая лента Млечного пути. В глубине бухты горят рубиновые отблески огней Касадошимо; ярко освещены лавки торговцев, изогнутые крыши и просветы вестибюлей публичных домов.