Кур, гусей и поросят успели распродать только к полдню следующего дня. Два поезда на Москву пришлось из-за этого пропустить самым обидным образом.
Из вырученных двенадцати рублей семидесяти копеек двенадцать сорок Антошка заплатил за железнодорожный билет.
— Ой, смотри, не пропади, — забеспокоился отец. — Что у тебя осталось? Тридцать копеек — разве деньги?..
— А на что мне больше? Хлеб есть, мать полну торбу набила, воды попить — бесплатно словчусь. Чего еще? Только бы до Москвы добраться, а там суточные дадут. Читал, в билете сказано?
— А вдруг осечка выйдет, как здесь, с кассиром?
— Вот еще! То здесь, а то Москва. Разница, поди!
— Боюсь я все таки…
— Чего же?
— Да ведь кто знает… Как говорится: «Не сули журавля в небе, дай синицу в руки».
Антошка похлопал себя по карману, где у него лежал лотерейный билет, и уверенно усмехнулся: