— Нечего долго думать: посылать ходоков надо.
— Выберем надежных людей, пусть постараются для себя и для всей громады.
— Кого же, громадяне, пошлем? — спрашивал атаман.
Ни колебаний, ни сомнений ни у кого не было. Из всех кучек, из всех уст слышались только два имени:
— Игната Колубайку.
— Грицая.
Поклонились Колубайко с Грицаем громаде:
— Постараемся, насколько сил хватит. Все равно без воли нам не жить.
— Правильно. В добрый час!.. — тепло, крепко, напутственно-поддерживающе загудела громада.
Рано утром, чуть занялся рассвет, Колубайко и Грицай в старых рваных свитах, под видом нищих, идущих к мощам на поклонение, с холщевыми кисами через плечо, с калиновыми посошками в руках, вышли из Турбаев. Нищенский наряд они придумали, чтобы никто по дороге не принял их за беглых и не остановил. А так как не было у них помещичьего отпускного билета, то решили итти очень осторожно, чтобы добраться до Киева во что бы то ни стало, чтобы выполнить кровную задачу непременно — добиться царицыной милости к своей правде.