— Вот видите, сударь, какие неудобства получаются, когда не бывают у своих коллег. Я вас никогда не вижу у себя в Тюильри, но придется заставить вас пожаловать ко мне, хотя бы для того, чтобы сказать мне bonjour.
Наполеон присутствовал на заседании до самого конца и перед тем как уйти еще раз обратился к Амперу со словами:
— Вас, дорогой коллега, я жду завтра к обеду к семи часам. Я вас посажу рядом с императрицей; не примите ее за кого-нибудь другого.
На следующий день Наполеон сел за стол, понапрасну прождав своего коллегу по Институту в течение часа… Ампер забыл прийти…
Однако при второй Реставрации Амперу пришлось пережить много неприятностей. Прежде всего его либерализм, хотя и расплывчатый, был не-угоден воцарившейся реакции. Возвратившиеся эмигранты создали атмосферу такой реакций и белого террора, в которой всякое инакомыслие и либерализм вырастали в преступление. Несмотря на это, оппозиционные настроения в стране быстро росло. Любопытен следующий штрих. В секретных правительственных донесениях указывалось: в 1824 году подписчиков шести правительственных периодических изданий было 14344, а подписчиков такого же количества оппозиционных изданий было 41300 человек.
Все акты террора санкционировались первоначально «Бесподобной палатой», названной так самим Людовиком XVIII за ее готовность одобрить любой декрет, в какой бы то ни было степени направленный против революционных завоеваний. Когда при втором возвращении Бурбонов началась чистка в Институте и в школе, все чувствовали себя под угрозой. Ампер уже до этого был временно отстранен от выполнения обязанностей инспектора. 1 января 1816 года он получил извещение о том, что его оклад уменьшен наполовину.
За него заступается один из его друзей — Мен де Биран. Министр королевского правительства собирает более точные сведения, и 27 марта 1816 года Ампер вновь занял свое место в составе реорганизованного роялистами Института.
Материальные условия жизни Ампера по-прежнему очень тяжелы. После смерти матери он покупает совместно с сестрой маленький дом с садиком на улице Фоссе-сен-Виктор, 19. Антресоли в доме сдаются в наем из-за недостатка средств для содержания хозяйства. Уход за своим крохотным садом доставляет Амперу большое удовольствие. Он продолжает работать инспектором. «Вынужденный то заниматься проверкой классных работ учеников, то присутствовать на экзаменах, я не имею свободной минуты», — пишет он. — «Это истинное несчастье — не иметь времени… Но время, время! Где еще можно найти несчастного человека, поглощенного тысячью дел, от которых зависит существование его и его близких и который в довершение имел глупость сделаться в Париже собственником дома и сада…» Много времени отнимают у него различные формальности, связанные с составлением программ, планов, докладных записок. Работа инспектора совершенно не соответствовала складу его характера. Он тяготился и мучился ею и все же продолжал эту работу до самых последних дней своей жизни под давлением тягостной необходимости, под угрозой Никогда не прекращавшейся нужды.
В 1820 году Амперу исполнилось сорок пять лет. Однако те открытия, которым предстояло сделать его имя знаменитым, были еще впереди.
Он создает новую область физики, которая раскроет перед человечеством воистину грандиозные научные и технические перспективы. И тогда он с гордостью воскликнет: «Я сделал, что мог, кто может — пусть сделает лучше!»