При царѣ Михаилѣ Ѳедоровичѣ Мстиславскій могъ доживать свой вѣкъ очень спокойно. Смуты окончились и старое даже и измѣнникамъ не поминалось. Все было забыто и всѣмъ послѣдовало всенародное прощенье.
Вина всѣхъ смуть была принята на себя всѣмъ народомъ, а потому и у престола молодого царя собрались и вожди очищенія земли отъ враговъ, вожди спасенія, и вожди измѣны, дѣятели прежнихъ смутъ и интригъ.
Пророчество Гермогена о Мстиславскомъ сбылось. Въ 1716 г., какъ сказано, бояринъ женился въ 3-й разъ на дочери князя Мих. Григор. Темкина-Ростовскаго, Иринѣ Михайловнѣ. Но потомства и именно въ мужскомъ колѣнѣ не оставилъ. Извѣстно только, что отъ всѣхъ трехъ браковъ у него былъ сынъ Василій, рано умершій, и двѣ дочери, Ольга (1609 г.) и Ирина (1620 г.). Князь Ѳедоръ Ивановичъ умеръ 19 февраля 1622 г., оставивъ послѣ себя супругу Ирину Мих. и сестру старицу инокиню Ирину Ивановну, жившую въ Вознесенскомъ монастырѣ. Дворъ боярина и дальнія вотчины оставались за его вдовою до ея кончины въ 1630 году іюля 7. Изъ боярскихъ вдовъ, бывавшихъ при дворѣ царицы Евдокіи Лукьяновны Стрѣшневыхъ, она была вдова большая, т.-е. самая знатная, первенствующая, разумѣется по бывшему первенству ея мужа. Иногда при случаяхъ торжественнаго пріема иноземныхъ посольствъ отъ ея двора выставлялось для посольской встрѣчи 25 и 30 человѣкъ дворовыхъ людей, конныхъ и въ цвѣтномъ нарядѣ. Это показывало, что дворъ Мстиславскихъ былъ не только знатенъ, но и достаточно богатъ, потому что число высылаемыхъ оть боярскаго двора людей всегда опредѣлялось его богатствомъ; иные вдовьи дворы выставляли только 4 человѣка, и потому 30 человѣкъ было большимъ числомъ даже и вообще для богатаго боярскаго двора.
Надо кстати припомнить, что вся мѣстность знаменитой по своей природѣ подмосковной Кунцевской усадьбы составляла нѣкогда старинную родовую вотчину князей Мстиславскихъ (см. наше Кунцево и древній Сѣтунскій станъ. М., 1873).
Спустя четыре года по смерти кн. Ѳедора Ивановича, послѣ Кремлевскаго пожара въ 1626 г., обнаружилось слѣдующее обстоятельство. Мы упоминали, что возлѣ его двора, надъ переулкомъ, проходившимъ съ площади внизъ на Подолъ Кремля къ церкви Константина и Елены и потому называвшимся Константиновскимъ, стояла церковь Рождества Пречистой, по урочищу именуемая на Трубѣ. Переулокъ, повидимому, образовался изъ оставленнаго первобытнаго рва у первоначальной стѣны Кремля и впослѣдствіи устроенъ былъ трубою для стока воды съ площади и отъ Спасской улицы на Подолъ. Переулокъ былъ только проходной, всего въ одну сажень ширины, и шелъ по межѣ Мстиславскаго двора. Князь Ѳедоръ Иван. при Самозванцѣ, не думая много, пригородилъ переулокъ къ своему двору и поставилъ на немъ конюшню. Въ старой Москвѣ такіе захваты сосѣдней земли случались довольно часто, особенно со стороны людей сильныхъ и властныхъ. Въ пожаръ 1626 г. Рождественская церковь сгорѣла, «судомъ Божіимъ поднялась», по выраженію ея причта. Мѣрою она была и съ алтаремъ вдоль 4 саж., поперекъ 4 1/2 саж. Это обстоятельство подало поводъ причту просить государя о возстановленіи переулка въ прежнемъ видѣ. «Прежде сего», писалъ въ своей челобитной попъ съ причтомъ, «къ тому храму Рождества Богородицы для прихожанъ былъ переулокъ съ площади между боярскихъ дворовъ и бояринъ кн. Ѳ. И. Мстиславскій поставилъ на переулкѣ конюшню и принялъ къ себѣ во дворъ церковное мѣсто и приходъ у прихожанъ отнялъ и мѣсто храмовое утѣснилъ», такъ что къ храму для службы они ходили черезъ дворъ боярина Морозова. Послѣ должныхъ справокъ переулокъ былъ возстановленъ.
По смерти вдовы Мстиславскаго ея обширный дворъ поступилъ въ собственность государя, въ Дворцовое вѣдомство, но все время до постройки въ 1680 году на этомъ мѣстѣ Приказовъ прозывался Мстиславскимъ дворомъ.
При царѣ Алексѣѣ Михайловичѣ дворъ Мстиславскаго именуется Опаснымъ (Дв. Раз., III, 1398) и заключаетъ въ себѣ значительный караулъ стрѣльцовъ и пушечный нарядъ (батарею), который въ 1664 г. вывозился къ царскимъ смотрамъ на Дѣвичье поле, слѣдуя впереди батарей съ Пушечнаго двора (Матеріалы для Исторіи Москвы, I, 1228).
Съ этого Опаснаго двора въ 1675 г. сто человѣкъ стрѣльцовъ подъ начальствомъ очередного полуголовы были отправлены взять стольника князя Ивана Козловскаго со всѣмъ его дворомъ по какому-то важному дѣлу, что и указываетъ, какое значеніе имѣлъ этотъ Опасный дворъ. При постройкѣ Приказовъ въ 1675–1680 г. на мѣстности Мстиславскаго двора были построены Приказы: Помѣстный, Казанскій Дворецъ и Стрѣлецкій.
Мѣстность Мстиславскаго двора, гдѣ теперь высится памятникъ Импер. Александру II, особенно достопримѣчательна тѣмъ, что здѣсь въ первой половинѣ ХV вѣка находился дворъ деревянный Дмитрія Шемяки, а слѣдовательно и его отца Юрья Дмитріевича Звенигородскаго и Галицкаго, которые такъ долго вели усобицу съ вел. княземъ Василіемъ Темнымъ. На этомъ самомъ дворѣ Василій былъ ослѣпленъ 16 февр. 1446 г., отчего и прозванъ Темнымь.
Какъ извѣстно, Шемякина смута-усобица была самая отчаянная, другь друга слѣпили, другъ другу присягали и измѣняли присягѣ и т. д. Вел. князь Василій былъ ослѣпленъ и за то, что самъ еще прежде ослѣпилъ Шемякина брата Василія въ 1436 г.