Нашъ обзоръ дворовыхъ мѣстъ мы поведемъ сначала п о лѣвой улицѣ.
Съ поворотомъ отъ воротъ нѣсколько влѣво, по прямому направленію на площадь къ колокольнѣ Ивана Великаго, по линіи, какъ упомянуто, теперешняго зданія Судебныхъ мѣстъ и жилого корпуса Чудова монастыря пролегала Большая Никольская улица. какъ ее именовали и въ началѣ ХVІП ст. Прямолинейно впервые она была проведена еще при вел. князѣ Иванѣ Вас. III (до 1504 г.).
Если ея направленіе отъ воротъ къ площади было сколько-нибудь прямо, зато ея ширина между домами и другими постройками колебалась отъ трехъ и до восьми саженъ. Начиная отъ воротъ, ширина улицы до 1626 г. была въ 3 1/4 саж., далѣе слѣдовала ширина въ 5 1/2 саж.; затѣмъ слѣдовала ширина въ 4 1/2 саж., потомъ въ 8 саж. у перекрестка и, наконецъ, между Чудовымъ монастыремъ и дворомъ царя Борнса въ 3 1/8 саж. Вся длина улицы до этого мѣста простиралась на 128 саж. Ширина послѣ упомянутаго года въ тѣсныхъ мѣстахъ была увеличена между деревянными постройками до 5 1/2 саж., а между каменными осталась попрежнему съ небольшимъ въ 3 сажени (Перепись 1626 г.).
Въ нашемъ обозрѣніи дворовыхъ мѣстъ мы сначала пройдемъ по лѣвой сторонѣ этой улицы.
Въ концѣ XVI ст. вблизи Никольскихъ воротъ отъ входа въ нихъ съ лѣвой стороны, гдѣ теперь разведенъ небольшой садикъ, и на угловомъ мѣстѣ зданія Судебныхъ мѣстъ находился дворъ Андрея Петровича Клешнина, который былъ дядькою-воспитателемъ царя Ѳедора Ивановича и очень приближеннымъ человѣкомъ у Бориса Годунова, а потому и участникомъ въ дѣлѣ убіенія царевича Димитрія, какъ говорила всенародная молва. Въ 1585 г. онъ именовался Ближней Думы дворяниномъ. Онъ померъ въ 1599 г. въ Боровскомъ Пафнутьевѣ монастырѣ схимникомъ съ иноческимь именемъ Левкія, въ мірѣ прозывался Луппомъ. Какое пространство въ точности занималъ дворъ Клешнина, — неизвѣстно.
Далѣе за нимъ по улицѣ находился дворъ князей Трубецкихъ, принадлежавшій въ началѣ XVII ст. князю Алексѣю Никитичу Трубецкому. Этотъ обширный дворъ простирался почти до владѣніи Чудова и Вознесенскаго монастырей. Повидимому, онъ составлялъ родовое владѣніе князей Трубецкихъ и потому, какъ увидимъ, переходилъ по наслѣдству въ ихъ родъ.
Князь Алексѣй Никитичъ происходилъ отъ боярина князя Никиты Романовича Трубецкаго (1608 г.), у котораго было трое сыновей, старшій Юрій, средній Ѳедоръ (1608) и младшій Алексѣй. Отъ родного брата кн. Никиты, Тимоѳея, происходилъ извѣстный герой Смутнаго времени, Дмитрій Тимофеевичъ, не оставившій потомства (1625 г.).
Старшій сынъ кн. Никиты, Юрій, женившись на дочери тоже преизвѣстнаго героя Смутнаго времени, Михаила Глѣбов. Салтыкова, вмѣстѣ съ тестемъ измѣнилъ Русскому дѣлу, въ 1611 г. уѣхалъ въ Польшу и тамъ совсѣмъ окатоличился и померъ. Его внукъ Юрій Петровичъ (1679 г.) возвратился въ Москву, принялъ православіе, получилъ боярскій чинъ и женился на сестрѣ знаменитаго кн. Вас. Вас. Голицына. Отъ него и произошли всѣ князья Трубецкіе, нынѣ существующіе. Ближайшіе его потомки, какъ увидимъ, занимали очень высокія мѣста.
Младшій сынъ кн. Никиты, Алексѣй Никитичъ, не кривилъ душою и остался на службѣ у царей въ Москвѣ.
Кн. Алексѣй Никит. Трубецкой былъ близкимъ человѣкомъ дарю Михаилу Ѳедоровичу, а потому и въ молодости занималъ между сверстниками дворянами-стольниками передовое мѣсто. Во время царскаго столованья съ 1618 г. онъ всегда «смотрѣлъ въ большой столъ», т.-е. распоряжался угощеніемъ обѣдавшихъ въ должномъ порядкѣ въ главномъ столѣ. Съ 1622 г. въ числѣ дворянъ онъ первымъ съ товарищами присутствовалъ и за царскими праздничными и другими столами, когда по назначенію государя были призываемы къ столу и молодые дворяне. На свадьбѣ государя 19 сент. 1624 г. былъ въ поѣзжанахъ за государемъ, вторымъ въ числѣ приближенныхъ лицъ.