Иноземнымъ актерамъ по договорамъ жалованъе было до крайности великое. Яганъ Кунштъ получалъ 3500 р. да на дворъ (квартиру) 30 р. Когда онъ померъ, поступившій на его мѣсто Артемій Фирштъ запросилъ 4000 р. Музыканты получали различную сумму по договорамъ. Ихъ числилось 16 чел. Одни получали по 80 р., другіе по 114, по 120, по 146, по 280 р. въ годъ и особо на квартиру по 20 и по 25 р. Всего на иноземцевъ выходило 6119 р.
А Русскимъ комедіантамъ окладу не учинено, а примѣрно расчислено давать первому 60 р., семи человѣкамъ по 50 руб., тремъ по 45 р., одному 40 р., всего 12 чел.-585 р. Такъ что по этому вычисленію требовался расходъ на театръ въ годъ 6704 р. Однако эта сумма была сокращена, и въ 1704 г. комедіантъ Фирштъ съ товарищами получалъ всего 3630 р. Въ томъ же году Русскіе комедіанты, 12 челов., получали: первый-Ѳедоръ Буслаевъ 40 р., семеро по 30 р., трое по 25 р., одинъ-20 р., всего 345 р.
1704 г. октября 16 была комедія Русская и Нѣмецкая и въ той комедіи были собственныя (важныя) персоны. Во время дѣйствія челядникъ комедіанта Фиршта, породою Шведъ, сидя въ нижнихъ мѣстахъ пилъ табакъ (курилъ). Приставленный надзирать за порядкомъ въ театрѣ подьячій Посольскаго приказа, увидя, что Шведъ пьетъ табакъ неискусно, изъ трубки пепелъ съ огнемъ сыплетъ на полъ съ великимъ небреженіемъ, сталъ ему говорить, чтобы онъ табакъ курить вышелъ на дворъ. Въ отвѣтъ на это челядникъ бранилъ подьячаго матерны, замахивался бить, хватался за саблю и кричалъ, что ему курить не запретитъ никто и не боится онъ никого. Подьячій пошелъ на театръ и пожаловался Фиршту на неистовство его челядника. Фирштъ ничего не учинилъ на эту жалобу. Когда подьячій сошелъ съ театрума, челядникъ изневѣсть съ затылка ударилъ его изо всей силы по лицу и разбилъ до крови. Явились деньщики и взяли буяна, который снова кричалъ невѣжливо, что ему табакъ курить никто не закажетъ, вынималъ изъ ноженъ саблю и рвался изъ рукъ деньщиковъ. Однако его вывели изъ комедіи и за его неистовство и крикъ и за озорничество тутъ же учинено ему наказаніе, битъ батогами, чтобъ ему и инымъ впредь не повадно было такъ безчинно и невѣжливо въ комедіи поступать.
Проминовалъ годъ, и Русскіе ученики подали донесеніе, въ которомъ жаловались на учителя Фиршта, что онъ учитъ ихъ не съ прилежаніемъ, бываетъ для ученья въ комедійномъ домѣ на малое время, въ недѣлю и въ двѣ является одинъ разъ и учитъ часъ и два и отъ того въ ученьи чинитъ замедленіе; которыя комедіи они выучили, и тѣ по его перадѣнію въ комплементахъ и за недознаніемъ въ рѣчахъ дѣйствуютъ въ нетвердости, почему и просили, чтобы выбрать изъ нихъ же Русскихъ комедіантовъ одного человѣка или двухъ, по усмотрѣнію, для того, чтобы дѣйствовать въ рѣчахъ въ твердости, дабы можно было дѣйствовать и безъ него, учителя. Они требовали, чтобы учитель приходилъ въ комедійный домъ два раза въ недѣлю учить комплементовъ, въ зимнее время со втораго часа по шестой, въ лѣтнее время съ третьяго по десятый часъ. Доношеніе подписалъ третій комедіанть Петръ Боковъ.
Дальнѣйшая исторія этого уже не придворнаго, а общедоступнаго публичнаго театра выходитъ изъ предѣловъ нашего описанія. Упомянемъ только, что Комедіантскій домъ у Никольскихъ вороть существовалъ еще въ 1733 г., когда его предполагали возобновить, а затѣмъ было повелѣно этотъ домъ больше не строить[102].
Правая сторона Никольской улицы была занята дворами соборнаго духовенства и двумя монастырскими подворьями. У самыхъ Никольскихъ воротъ было пустое мѣсто въ 12 саж. въ квадратѣ, гдѣ существовалъ общественный колодезь, занимавшій мѣсто въ 1 1/2, саж. въ квадратѣ. Онъ находился въ 9 саж. отъ городовыхъ воротъ, въ 3 саж. отъ Никольской и въ 2 саж. отъ Житницкой улицъ, въ пространствѣ между улицами на 6 1/2 саж.
Затѣмъ слѣдовалъ (1626 и 1657 гг.) дворъ соборнаго дьякона Аѳанасія на 5 1/2 саж. ширины по воротамъ или по улицѣ и на 7 саж. длины вглубь двора съ одной стороны отъ Никольскихъ воротъ и на 10 саж. съ другой противоположной стороны. — Рядомъ слѣдовалъ дворъ Благовѣщенскаго попа Алексѣя на 15 саженяхъ ширины по улицѣ и на 14 саж. длины вглубь двора. Возлѣ этого двора находилось подворье Новодѣвичьяго монастыря (въ 1626 г. Рождественскаго Владимірскаго монастыря) шириною по воротамъ 21 саж., въ заднемъ концѣ 11 саж. и длиною со стороны поповскаго двора 12 саж., со стороны переулка 21 1/2 саж. (по другому чертежу 29 саж.). — Переулокъ, который назовемъ Симоновскимъ, шириною былъ въ 2 саж., а длиною 32 1/2 саж. Пространство отъ городовыхъ воротъ до переулка равнялось 55 саж. (по другому чертежу насчитывается 53 саж.). Онъ проходилъ между воротами теперешнихъ зданій Арсенала и Судебныхъ мѣстъ и по другому чертежу имѣлъ длины 24 1/2 саж., что невѣрно[103]. По переулку съ противоположной стороны находилось другое подворье, подворье Симонова монастыря, выходившее частію своего двора и на Никольскую улицу. За Симоновскимъ подворьемъ стоялъ дворъ попа Владиміра въ 1626 г., а въ 1676 г., дворъ Благовѣщенскаго собора ключаря Василья Климонтова, занимавшій мѣсто длиною по улицѣ на 10 1/2 саж., шириною въ обоихъ концахъ по 7 1/2 саж. Въ межахъ дворъ примыкалъ съ одной стороны къ патріаршему конюшенному двору, позади къ огороду боярскаго двора Сем. Лук. Стрѣшнева и съ третьей стороны къ Симоновскому подворью. Въ 1676 г. этотъ дворъ пустовалъ и по челобитыо патріарха былъ ему отданъ для распространенія патріаршаго конюшеннаго двора, по какому случаю сохранилась и опись поповскихъ хоромъ, служащая вообще характеристикою деревянныхъ построекъ въ Кремлѣ и бытовыхъ порядковъ жившаго здѣсь духовенства. «А на томъ дворѣ хоромнаго строенія», говоритъ эта опись, «горница съ комнатою на жилыхъ подклѣтахъ; противъ ихъ сѣни съ вышкою, а изъ сѣней крыльцо всходное о дву лѣстницахъ. Позади горницы и комнаты сѣни. Баня дву сажень. Погребъ дубовый трехъ сажень; надъ тѣмъ погребомъ напогребница съ сушиломъ трехъ сажень. Подлѣ напогребницы и сушила на столбахъ сушило жъ рубленое четырехъ сажень; а подъ тѣмъ сушиломъ погребъ дубовой. А по другую сторону воротъ конюшня, а на ней сушило старое. А около того двора съ трехъ сторонъ огорожено заборомъ. Да подлѣ сушила и погреба ворота о дву щитахъ да калитка…»
Таковы были необширныя постройки въ Кремлѣ, принадлежавшія духовному чину. Такія же постройки существовали и на боярскихъ дворахъ для дворовыхъ людей управляющаго чина. Хоромы самихъ бояръ, конечно, были несравнимо обширнѣе и сложнѣе.
Житницкая улица
Теперь перейдемъ къ обозрѣнію дворовъ по улицѣ Житницкой, которая отъ Никольскихъ воротъ направлялась почтичто по линіи зданія Арсенала къ Троицкому подворью и къ Троицкиыъ воротамъ.