— Какой чудак! — сказал Закамский.
— Что за чудак! — вскричал князь. — Он просто сумасшедший.
Я не слышал, что отвечал на это Закамский, потому что пошел вслед за магистром.
— Послушай, Антон Антоныч, — сказал я, когда мы, отойдя шагов пятьдесят от наших товарищей, потеряли их вовсе из виду, — ты несколько раз уверял меня в своей дружбе, докажи мне ее на самом деле.
Нейгоф взглянул на меня исподлобья и покачал головой.
— Ты догадался, о чем я хочу просить тебя? — продолжал я.
— Может быть. Говори, говори!
— Сделай милость, открой мне свой секрет.
— Какой?
— Ну, тот, которым ты не хотел воспользоваться.